Женщина: Господи, ОН уходит, уходит, уходит от меня! (Плачет)
   Мозг: Позитивнее, позитивнее...
   Женщина: Куда позитивнее-то? Вещи собирает, сволочь...
   Мозг: Не реви, улыбайся... Загадочно улыбайся... И не размахивай руками, как мельница!
   Женщина: Сволочь, чемодан укладывает... Порядочный мужик, уходя забирает только носки и трусы, а эта сволочь еще и маечки укладывает... (Плачет)
   Мозг: Улыбайся!
   Женщина: Может броситься к нему на шею?
   Женщина: Может на колени перед ним рухнуть?
   Мозг: Дура!
   Женщина: А может его того?
   Мозг: Что "того"?
   Женщина: Ну.... Сковородкой по голове тихонечко?
   Мозг: ?
   Женщина: Потом кормить его, бедненького, бульончиком... Так месяца два можно протянуть... Может, привыкнет, не уйдет...
   Мозг: Уголовщина ты всё-таки... А если силы не рассчитаешь?
   Женщина: А я получше замахнусь и кааааак дам!
   Мозг: Я не в этом смысле... Баба-то ты сильная... еще убьешь, а это статья!
   Женщина: Делать-то что, скажи, раз ты такой умный?
   Мозг: Улыбайся!!!!! Позитивнее, позитивнее...
   Женщина: Ну, что в этом можно найти позитивного? Я однааааа остаааанусь! (плачет)
   Мозг: Улыбайся! Во-первых, не одна, а свободная женщина...
   Женщина: На фига мне такая свобода?
   Мозг: Улыбайся! Свобода - это прекрасно: будешь заниматься только собой!
   Женщина: Зачем? (Хлюпает носом)
   Мозг: Затем! Бразильский выучишь - ты так всегда мечтала смотреть сериалы без перевода. В кружок игры на ударных запишешься - с твоей силищей-то!
   Женщина: Времени всё как-то не было...
   Мозг: Сама будешь финансами распоряжаться без всяких глупых покупок американских удочек и вечных ремонтов сдохшего автомобиля!
   Женщина: Шубу куплю и босоножки... ну, те... с бантиком... (Утирает слезы)
   Мозг: С тем парнем из юридического отдела поужинать сходишь - он на тебя так смотрел...
   Женщина: (Улыбается) Ага, в "МакДональдс" сходим, он, между прочим, предлагал уже. Шубу одену, босоножки с бантиком... (Улыбается загадочно)
   Мозг: Ни готовить никому, ни стирать...
   Женщина: Только маникюр-педикюр-маски-массажи! (Улыбается от счастья) На экскурсию съезжу по Московской кольцевой дороге... (Мечтательно)
   Мозг: Вот, а ты позитива не видела...
   Женщина: Ой, заживу! (Улыбается победно) ОООООООООЙ!!!!!!
   Мозг: Что?
   Женщина: Он на коленях стоит с чемоданом, коленки целует!
   Мозг: Кому?
   Женщина: Ну, не чемодану же! Говорит, никогда такой, как я, не найдет...
   Прощения просит... Остаться хочет!
   Мозг: ОЙ!
   Женщина: А как же свободная женщина? (Плачет) А как же кружок игры на ударных? Шубка, босоножки те? (Рыдает) Вася из юридического отдела?
   Мозг: Позитивнее, позитивнее....

   Мягкий снегопад навалился на город. Большие, мохнатые хлопья покрывали белым пухом тротуар, машины, крыши, деревья.
   - Вот блин! – подумал дворник Михеич. – Скреби теперь это всё лопатой.
   - Вот блин! – подумал прохожий, кашляя и кряхтя. – С этакой погодой и ангину подхватить недолго.
   - Вот блин! – подумал драный бродячий пёс. – Хрен ли что под этим снегом сыщешь, а отмечаться как? А чтобы сесть – хвост под попу подкладывать надо.
   - Вот блин! – подумала дама на каблуках. – так и сапоги испортить недолго, вторые такие не купишь.
   - Вот блин! – подумал ребёнок. – каток засыпало и лыжню, где теперь играть.
   .............
   - Вот блин! – подумал снег. – И чего они там, внизу ходят, вошкаются, топчут, падать и лежать красиво не дают.

Чтобы нарисовать тебя, я выберу тихое лесное озеро в зеленой камышовой раме и буду ждать, когда настанет светлое сентябрьское утро, и чтобы обязательно пахло мятой и сосновыми иглами.

Тогда я примусь за работу.
Сначала я нарисую глаза: для этого у меня в запасе синие кусочки горячего июльского неба.
У корней осины я соберу черно-зеленые веточки мха, тихонечко опущу их в воду - это будут твои ресницы и брови.
Губы твои я выложу большими лепестками озерных лилий, а тонкие стебли их обрисуют овал лица, твой носик и волосы.
Чуть не забыл: чтобы оживить лицо, нужен какой-то теплый оттенок...
Я пущу по воде нежно-багряные семена шиповника. Так лучше.
Потом я возьму маленький чистый камешек и осторожно брошу его к верхнему краю рамы: по воде пойдут чуть заметные волны - это будет твоя улыбка.
Картина почти готова.
Добавлю еще немного щебета лесных птиц, а по углам разбросаю несколько нитей осенней лесной паутины, это придаст картине старинный вид...

Я покину маленькое озеро лишь поздней осенью, когда картина покроется тонким ледяным стеклом, тогда можно будет вздохнуть спокойно.
Весной ты придешь в лес за подснежниками и увидишь себя в озере.
Не удивляйся: "Кто это сделал?".
Это я. Теперь тебе все понятно?

Разделение неделимого, вечного, целого...
Поиски врагов, создание искусственных разделов на живом, многострадальном теле Земли. Войны, битвы,  боль...  Нарушение  основного  принципа,  условия жизни во Вселенной - "...возлюби ближнего...". Нарушение принципа Создателя, принципа людей, как песчинок, частиц единого вечного - Бога-любви!

У нее были крылья. А он не знал, вернее не хотел верить.
Она умела летать. А он и знать об этом не хотел. Спуская ее каждое утро с лиловых облаков, он говорил:
- Не выдумывай, глупышка. Ты не умеешь летать.
А она не обижалась. И снова улетала. Бродила одиноко по облакам, бросала солнце как мяч. Ловила мечты людей и играла ими словно песком, пропуская их сквозь нежные пальцы.
Но приходил он. Он был старше ее, он не умел летать. Он находил ее, потому что у него были связи.
Она убегала от него, игриво смеясь и окунаясь в очередное облако. А ему стоило щелкнуть пальцами, как две большие, хищные птицы, останавливали ее.
У нее была детская душа. Она любила полевые ромашки. Он находил тону ромашек. Осыпая ее с ног до головы.
Но она не смеялась.
Она смотрела на них. Крупные, садовые, бездушные цветы веяли холодом также как и он.
Она была ветром. Каждую ночь летела она к звездам, отправляя им воздушные поцелуи.
Звезды сплетали ей венок и предлагали остаться с ними.
Но приходил он.
- Не выдумывай, глупышка. Ты не ветер, - говорил он.
Она любила дождь.
Она пробиралась сквозь капли, к самому сердцу дождя. Она была радугой.
Она рисовала ее цвета, окуная кисть в лужи. Она рисовала город.
- Не выдумывай, глупышка. Ты не радуга, – говорил он.
У нее было сердце поэта. Она подбрасывала его в облака и окунала в воду. Она любила поэзию…
- Не выдумывай, глупышка, – говорил он. – Ты не поэт.
Она любила рисовать.
Окунет как-то кисть в акварель и нарисует закат.
Потом подарит его людям. Но приходил он:
- Не выдумывай, глупышка. Ты не художник.
Однажды она улетела. Улетела навсегда.
Оставив крылья. А может, ушла. Босиком, собирая ромашки и вплетая их в волосы.
Он остался один…
Он брал ее кисти и пробовал рисовать закат. «Я не художник», - подумал он.
Он пробовал писать стихи. Рвал бумагу и думал: «Нет, я не поэт».
Он рвал ромашки, смотрел на звезды, раскрашивал радугу, окуная кисть в лужи.
Ходил по лиловым облакам.
Потом взял ее крылья.
Встал на самое высокое облако.
Рванулся вниз.
«Я не умею летать», - подумал он.

………………..

Она сидела в парке на скамейке. Ничто не мешало грустить. Пусть бегают малыши, пусть их окликают мамы, пусть мужики, споря, играют в шахматы. Пусть! Всё равно так хорошо, что грустно. Закрывая глаза, Она уносилась в никуда, где совсем по-другому, и есть море. Мягкое, нежное море. Ах, что там!..

Она и не заметила, как на скамейке оказался Он. Открыв глаза, Она увидела, что Он просто сидит на скамейке. А ещё, а ещё ему было так хорошо, что грустно. И казалось, что Он был там же где и Она. Да, Она это видела. Видела, как те же брызги от волн падают ему на лицо, и тот же ветер треплет его волосы.

Они не говорили ничего. Просто шли рядом. Просто её ладошка была в его ладошке, и от того было очень хорошо, уютно, и хотелось в него завернуться, укутаться и сунуть носик в плечо.

Он нёс её на руках, он прижимал её к груди. Он хранил её! Он берёг её! Он вдыхал её!

Они сидели на кухне. Сипел чайник в потолок паром. Вкусно пахли вишни. Он смотрел на неё. Она изредка поднимала на него свои глаза из-под длинных ресниц.

Они пили вкусный чай, пахнущий лесом и ягодами. Она молчала ему о себе, а он молчал ей о себе. Нарушили молчание его глаза.
- Ты безумно красивая! Я никогда не видел такой!
- Ты тоже! - ответили её.
- Я хочу подарить тебе Любовь! - шепнуло его сердце.
- Я хочу утонуть в ней! - крикнуло её.
- Ты самая нежная, - пропели руки по её щеке.
- Ты самый сильный, - ответили её, ложась ему на плечи.
- Наконец-то я тебя нашёл! - встретились губы.