Я сразу понял что что-то не то, что-то случилось, что-то произошло, вмешалось в привычный поток событий. Что-то изменилось, и эти изменения – как раздавленная муха на громадной старой фреске – безумно малы, но немного раздражают, портят привычную картину…
   Простой запах краски.
   С чувством тревоги я спустился по любимым ступенькам, купил кофе и сигарет, закурил… и только тогда почувствовал этот запах.     Совершенно обычный запах краски. Если бы это было не моё метро – я бы и внимания не обратил. Но откуда этот запах здесь?
   Сигарету пришлось потушить. Словно собака на таможне стал я рыскать по станции. Всё как и раньше – автоматы со всякой всячиной, серые стены, колонны, барахлящие от сырости лампы. Нет следов краски, только запах. Мне даже интересно стало, может я уже с ума схожу тут, может и запаха никакого нет?
   Включив музыку и наслаждаясь чудом не остывшим кофе я и забыл про этот запах. Пока не приехал поезд. Остановившийся передо мной вагон украшали разноцветные полоски и пятна. Цвета кислотные, краска свежая. Я чуть не подавился от радости. Вот оно! Я не сошёл с ума. А в вагоне меня ждал ещё один сюрприз…
   Сюрприз лет десяти, явно в свитере старшего брата, уж очень он ему большой был, в хлипеньких и рваненьких джинсах и с большой дорожной сумкой. Чумазый и весь, абсолютно весь, в пятнах краски. Одна щека синяя, вторая зелёная, свитер оранжево-фиолетово-салатовый, руки просто чёрные.
   - Привет – постарался я быть хоть капельку вежливым.
   А он насупился и молчит. Смотрит словно волчонок и сумку к себе всё сильнее прижимает.
   Он мне так ничего и не сказал. Хотя я больше и не пытался с ним заговорить. Всю ночь я сидел и смотрел на него. Смотрел как он совершенно без любопытства поглядывает в мою сторону, смотрел как он изредка закрывал глаза и засыпал на пару минут. Смотрел на него и пытался понять – откуда он взялся в моём метро?
Но время моё закончилось и пришлось возвращаться.
   Я потом пытался его найти. Всю следующую ночь пересаживался с одного поезда на другой. Но так и не нашёл.
   И лишь уходя заметил новый торговый автомат. С разноцветными красками. Подарок из его мира. Три жетона за баллон. Три жетона чтобы разукрасить жизнь.

   Вставляю в «банкомат» карточку, ввожу простенький код – в специальный лоток падает три гладких серых жетона. Мой ночной лимит. Беру их и иду вниз. Ступеньки, ступеньки, лампы вдоль стен, лампы на потолке – яркие, слепящие, но в уголках можно увидеть тьму. На самом деле тут довольно темно. Немного прохладно и сыро. И постоянный сквозняк.
   Пару десятков ступенек – и я у родных автоматов. Автоматов со всякой полезной и нужной всячиной. Они разноцветные, с множеством кнопок. Выбираешь то что тебе нужно, бросаешь нужное количество жетонов и нажимаешь нужную кнопку. Три жетона – вуаля – у меня появилась пачка сигарет, стопка новых газет и стаканчик кофе.
   Почти залпом выпиваю кофе (мне всегда поначалу очень холодно и хочется спать), подкуриваю сигарету и разворачиваю первую газету. По привычке, вместо того чтобы сесть на скамейку, облокачиваюсь на колонну. Я жду поезд.
   Разве я ещё не сказал? Да, забыл… я в метро.
   Поезда тут ходят отменно, и через пару минут я уже сажусь в вагон. Удобно разваливаюсь на мягком сиденье, продолжая курить и читать газету. Надоедливых табличек и наклеек «не курить» здесь нет, моё курение тут попросту никому не мешает – людей, кроме меня, больше нет. Вагон приятно трясёт, за окном в темноте мелькают огоньки ламп, иногда сливающиеся в сплошную полосу…
    Шуршу газетами, курю сигареты. Иногда пересаживаюсь на другой поезд. Как-то пробовал начертить схему метро – не получилось. Слишком уж хаотично иногда поезда ездят, да и само метро многоярусное – стоя на станции можно почувствовать вибрацию и шум над/под собой. И вообще – зачем мне схема метро, если я никуда не еду? Я ведь просто катаюсь, отдыхаю…
   Газеты прочитаны, отведённое время заканчивается. Выхожу из поезда, бросаю газеты в мусорку. Рядом, на скамейке, стаканчик с недопитым кофе. Ещё тёплый. А в воздухе – запах дорогих (за два жетона) сигарет… 

    Давно это было. Теперь я курю сигареты за два жетона. Я просто отказался от газет… я понял - музыка намного лучше мёртвой бумаги.