- нет, стоп ! все не так - по пучку волос в каждой руки и пене у рта было видно, что режиссер явно недоволен - Клавдий, да что же ты со мной делаешь ! Зачем столько эмоций, что за переигрывание, ты же не зайчика в детском садике играешь! Это же кинофильм - при этих словах он поднял обе руки вверх и потряс ими - это же искусство! Ты знаеш что такой искусство, Клавдий? Это когда актер отдает себя зрителю, при этом он может вообще молчать. Вспомни великих! Вспомни как Чак Норрис или Стивен Сигал играют роль одними бровями, - ни один более мускул на их лице не шевелится, а сколько эмоций они несут зрителю! - режиссер разошелся не на шутку и с каждой секундой распалялся все больше. - Люди же смотрят на тебя, они же хотят тебе верить, почему ты не даеш им в тебя поверить? Им же так хочется! Ведь простому человеку больше всего на свете хочется кому-нибудь верить. Чем ты хуже репортера новостей? Он то дает зрителям в себя поверить и, заметь, никогда не переигрывает! А ты как будто кривляешся!! А зритель не любит когда перед ним кривляются! Вот ты! - режиссер подбежал и схватил за грудки мальчика помошника светотехника. - Ты любишь, когда перед тобой кривляются, ты вериш такому человеку? То-то! А надо, чтобы тебе верили! Тебе верят - зрителю хорошо, зрителю хорошо - спонсорам хорошо, спонсорам хорошо - тебе хорошо, так почему же ты гад делаеш себе же плохо? Почему, я тебя спрашиваю? Моличш... а вот никто не знает, почему они себе плохо делают, а тебе отвечу - да потому что все переигрывают, когда играют. Особенно, когда пытаются жить жизнь персонажа и одновременно играть его! А ты не играй его ты его просто живи. Пусть он не будет персонажем, пусть он будет тобой! Теперь это твоя жизнь, а той, которую ты зовешь "натоящей" - больше не существует, её нет. Есть только эта жизнь, а съемочная площадка - прсто еще одно место, где ты живешь эту жизнь. Вот если ты сам поверишь в это, то и зритель тебе поверит, ведь ему так отчаянно хочется тебе поверить - последние слова он сказал стоя лицом к лицу с актером.

- Хорошо, я попробую, - поникшим голосом ответил Клавдий по прозвищу Клава.